Равноправие без освободителей и освобожденных

Виталий КОРОТИЧ. «Бульвар Гордона»

В коммунистическом гим­не «Интернационал» слова «добьемся мы освобожденья своею собственной рукой» до сих пор кажутся мне важными, хотя уже много раз менялись и времена, и гимны. Толчок размышлениям несколько лет назад дало мне приглашение в Эстонию в качестве почетного гостя на юбилее их независимости.

Как-то, выступая в Таллинне на юбилейной сессии, я сказал, что прочел перед поездкой много книг по эстонской истории, выяснив из них, что страну эту никто никогда не захватывал и не порабощал. Ее только «освобождали». Разное рыцарство, датчане, немцы, российская империя и советская — все они приходили сюда, самозвано нарекая себя освободителями. Я сказал, что желаю эстонцам лишь одного — чтобы у них в дальнейшем убавилось благодетелей и освободителей, и зал поддержал меня аплодисментами.

Не стану топить вас в примерах из нашей и не нашей истории, напомню лишь, что исторические процессы вызревают исподволь, а те, кто посильнее, испокон веков «освобождают» слабых.

Советские войска вторглись в Венгрию в 1956 году, чтобы потушить их «неправильную революцию» точно так же, как за 100 с небольшим лет до этого Николай I послал свою армию подавлять венгерское национальное восстание. Уже много столетий подряд «освободители» знают лучше всех, что такое хорошо и что такое плохо, обладая мощной пропагандистской системой, способной перекричать кого угодно.

Самое страшное уже много столетий подряд заключается в том, что слишком уж часто человеческие жизни не ставятся ни во что в сравнении с «великими политическими и государственными целями», во имя которых продолжают «освобождаться» страны и народы, совершенно не нуждающиеся в насильственно приносимой им благодати.

С донышка памяти всплывает оккупированный Киев моего детства, с уже разверзшимся Бабьим Яром и с виселицами напротив Бессарабки. Весь город был оклеен плакатами «Гитлер — освободитель»...

В том, что я здесь пишу, множество закавыченных слов и определений, так как ложь в межгосударственных отношениях стала настолько обыденной, что это уже опасно. Опасно для правительств, которые хотят видеть в других странах вассалов, а значит, не смогут выстроить доверительные отношения даже со своими ближайшими соседями — то ли по таможенному союзу, то ли по любому другому, потому что вдруг выделяются старшие и младшие, покрикивающие и слушающиеся.

Европейский союз не идеален, но его пока удается строить на взаимном доверии, на том, что страны делегируют часть государственных полномочий союзу, тем, кто — они уверены — не ринется никогда осчастливливать их насильно. Трудно вызревшее равноправие без «освободителей» и «освобожденных» случилось едва ли не впервые в истории. Стоит побороться за этот мучительно выстраиваемый новый мир. И еще важнее — стать его частью.